Зотая поэзия. Литературный портал
Древний Мир
Поэты эпохи Возраждения
Европейская классика
Восточния поэзия
Японская поэзия


Бабарахим Машраб

Перевод Сергея Иванова

 
 

Обещала - ждал ее без сна...


x x x Обещала - ждал ее без сна, радость сна былая не пришла, Высмотрел все очи я сполна - озорница злая не пришла. Здесь ее любимцы все - она, красотой пылая, не пришла, Смерть пришла - и в эти времена, смерти мне желая, не пришла. Мне за жажду страсти вот цена: весь сгорел дотла я - не пришла. Жду я справедливости - нейдет та, что Судный день собой затмит, Умер я от горя и невзгод - ей ли ведать боль моих обид! Всем она верна наперечет, лишь меня неверностью томит, И ничто ее не привлечет, хоть стенаю я, крича навзрыд, - Теплым словом всех бодрит она, - ждал к себе тепла я - не пришла. На чужбине, с чуждыми людьми горестно я дни мои влачу, Душу хочешь взять мою - возьми, робко покорюсь я палачу. От лица завесу отними - лунный лик твой видеть я хочу. Виночерпий, боль мою пойми - дай вина, я хвори излечу, - Та, что краше вешних роз красна, краше гурий рая, не пришла. В страшной жажде умер я от бед, - о моя прекрасная, ты где? Плачу я, участьем не согрет, - солнце мое ясное, ты где? Зря ищу я твой бесследный след с мукою всечасною, - ты где? "Тайна, беззаветный мой завет, - призываю страстно я, - ты где?" Страстью вся душа оплетена, - ждал, терпел, сгорая, - не пришла. И не зря рыдал я от тревог: та, что краше всех красна, нейдет, Милости дождаться я не смог - радости моей весна нейдет, Муки двух миров я превозмог, но напрасно все: она нейдет. Сгорбился я станом, стал убог, но она все неверна - нейдет, - Та, которой сладость слов дана, хоть и ждал добра я, не пришла. О друзья, огонь в душе моей от ее несправедливых слов, И во мне игра ее очей веру сокрушила до основ, Истомился в клетке соловей - ворон заклевать его готов, Видно, ложь была любезна ей - не пришла на мой предсмертный зов, - Ту, чья суть волшебных чар полна, ждал я, умирая, - не пришла. Плача, я пришел к ней на порог, а она на помощь не пришла, Не спросила: "Бедный мой дружок, как, мол, твоя доля - тяжела?" А была пора - недолгий срок, когда знал я доброту тепла, А потом - вот горький мне урок - что ни миг, была строга и зла. Камню она твердостью равна: муча, мной играя, не пришла. Вот пришла, красуясь и дразня, чтобы меня, горестного, сжечь, Силы тают день и ото дня - видно, мне дано костьми полечь. Сеть она плетет вокруг меня - норовит в силок кудрей завлечь, Горемыку бедного кляня, точит она гибельный свой меч. Зла она была и неверна: зло меня карая, не пришла. Если я не буду пощажен, мне моя лачуга бед на что? Сущий с Ибрагимовых времен мне весь этот дряхлый свет на что? Рай, что весь красою озарен и теплом ручьев согрет, на что? Семь небес - весь горний небосклон, выси звезд и ход планет - на что? Слова не сказав, ждал допоздна, ждал и до утра я - не пришла. Все себя отчаяньем сожгут, дымный стон мой в День суда узрев, Удивится весь вселенский люд - сколько от меня вреда, узрев, Своды мира черными падут, сколь тяжка моя беда, узрев, Вынесла б она не грозный суд, сколь моя душа худа, узрев. Смерть мне от разлуки суждена: ждал все вечера я - не пришла. Все во мне пылает, - остуди, утешенье моих бед, приди, Все, что хочешь, сделай - не щади, сердце ты мое, мой свет, приди! За тобой все шахи позади ходят робко след во след, - приди. Жарко кровь бурлит в моей груди, - ты ко мне, мой самоцвет, приди, Как зерцало, ты, мой дух до дна в глубь очей вбирая, не пришла. Ты сказал Машрабу, о аскет: "Приходи-ка поскорей в мечеть!" "Сядь в михрабе, - дал ты мне совет, - духом будешь праведен ты впредь!" Но его словам не внял я, нет, и решил смолчать и потерпеть. Что это за диво! Долю бед утвердить в мечети и не меть! - Как аскет, молясь, не знал я сна, молча в даль взирая, - не пришла!