Зотая поэзия. Литературный портал
Древний Мир
Поэты эпохи Возраждения
Европейская классика
Восточния поэзия
Японская поэзия


Джон Китс

 
 

Послание Джорджу Фельтону Мэтью


Стих - это чудо вечное, живое, Но братство через песню - чудо вдвое. Я, милый Мэтью, вспомнить не сумею Судьбы прекрасней, радостей полнее, Чем те, что отмечают нас, когда мы Трофей возводим музам нашей драмы Усильем общим. Братья и поэты, Мы этим единением согреты, И любит сердце, чуя в упоенье Возвышенность, величье, исцеленье. Поэзии пространство шаг за шагом Осваивать с тобой я счел бы благом, И с радостью я пел бы, гимнам вторя, Что раздаются в Сицилийском море Среди гондол скользящих, легких, дальных На склоне дня, в лучах его прощальных, - Но не смогу. "Лидийские картины" Не для меня: гнетут заботы ныне, И часто я гляжу со страхом в небо, Боясь там утром не увидеть Феба, Аврору не увидеть на рассвете, Наяд, что в речке плещутся, как дети, В лучах луны - паренье серафима, - Все то, что было нам с тобою зримо: Росу, что ночью с мяты и с морошки Смахнула фея шаловливой ножкой, Летя домой с таинственного луга, Где танцевали эльфы всей округи И чинно завершали праздник яркий, Пройдя под лунной триумфальной аркой. Противна музе городская смута. Будь я при ней хоть каждую минуту, Она сбежит, она не даст мне рая Среди противоречий и раздрая. О девушке мечтаю с добрым взглядом. Как хорошо мне было б с нею рядом Там, где безлюдно, там, где романтично, Где множество цветов и где обычно Дубы стоят, что помнят, как преданья, Старинные друидов волхвованья; Где над рекой ракитник темнолистый К воде спускает золотые кисти И, к кассии склоняясь благовонной, Вплетает в кисти белые бутоны; Где в чаще леса звонкие кантаты Выводят соловьи замысловато; Где меж стволов - подпор ветвистой кровли - Постель я из фиалок приготовлю; Где в звездочке душистой первоцвета Пчела гудит и возится все лето. Кто этой благодатью недоволен, Тот и душой, и телом тяжко болен. Ты это место укажи мне, Мэтью, Коль что-нибудь имеешь на примете. Там с девушкой, с тобой уединенно Читали б мы друг другу Чаттертона. (Четыре духа волею Шекспира Ввели его в предел иного мира.) Мы вспомнили б о тех с благоговеньем, Кто жил, воюя с общим заблужденьем. Ты, помянув бы Мильтона слепого, В отчаянье пришел от зла людского И ненависти к гению, чьи крылья Людей хранят, как могут, от всесилья Великих бедствий. Вспомнили бы дале Мы тех, что в битве за свободу пали, - Альфреда, Телля. Мэтью, мы едва ли Забыли бы, беседуя с тобою, Уоллеса, народного героя. На север глядя, погрузившись в думы, О Вернее, Мэтью, пролили б слезу мы. Без девушки и без тебя мне, ясно, Дразнить скупую музу - труд напрасный, Но для твоей, о Фельтон, славы громкой Готова муза "свет пролить в потемки". Ты был цветком, что рос под небосклоном, Соседствуя с ключом незамутненным, Откуда били песни; утром рано Сюда пришла невинная Диана И, с радостью приветствуя светило, Ему тебя на память подарила, Отняв тебя у почвы плодородной И опустив тебя в ручей холодный. О том, как стал ты золотою рыбкой, По воле Феба, в этой влаге зыбкой, Ты не сказал; ты сохранил в секрете, Как лебедем предстал на белом свете И как впервые в этом состоянье Обрел ты человека очертанья, Как в странствиях своих возвел в обычай Ты смену воплощений и обличий, Как был с наядой в отношеньях дружных И пищу брал из рук ее жемчужных. Перевод Е.Фельдмана