<
Зотая поэзия. Литературный портал
Древний Мир
Поэты эпохи Возраждения
Европейская классика
Восточния поэзия
Японская поэзия


Иоганн Гёте, Фауст. (пер. Б. Пастернак)

 
 

Классическая


ВАЛЬПУРГИЕВА НОЧЬ Фарсальские поля. Тьма. Эрихто На страшный праздник этой ночи сызнова Пришла, как прежде, я, Эрихто мрачная, Не столь, однако, мерзкая, как подлые Поэты лгут... Они не знают удержу Ни в порицаньях, ни в хвалах... Белеется Равнины даль под серыми палатками. Ужасной ночи бредовое зрелище, До бесконечности ты повторяешься И будешь повторяться вновь... Владычества Тот не уступит никогда сопернику, Кто крепок властью, силою захваченной, И кто собой не в состоянье властвовать, Тот властвовать желает над соседями. Тут был когда-то дан пример побоищем, Как сильный налетает на сильнейшего, Как рвутся лепестки цветущей вольности И жесткий лавр венчает лоб властителя. Помпеи Великий вспоминал здесь славные Года могущества, а Цезарь взвешивал Надежды на успех в борьбе с соперником. Хоть знает мир, кто вышел победителем, Их спор возобновится ночью нынешней. Бивачные костры, пары кровавые И вкруг огней причудливые зарева. Фалангой эллинской преданья строятся. Мелькают на свету, в дыму теряются Дней баснословных сказочные образы. Неполный, ясный месяц подымается И ослабляет синий отблеск пламени, Сгоняя с поля прочь палаток призраки. Что надо мной за метеор светящийся И тело рядом с ним шарообразное? Я чую жизнь. Но подходить не следует К живому мне, я для живого гибельна. Нет пользы мне в живом, одно бесславие. Шар опустился. Уберусь-ка вовремя. (Удаляется.) Воздухоплаватели в вышине. Гомункул Облетим еще раз с края Место страшного сраженья. Поле битвы, оживая, Наполняют привиденья. Мефистофель Я в оконной амбразуре К рожам севера привык, Так при виде здешних фурий Не могу я стать в тупик. Гомункул Вот одна из их орясин Быстро прочь от нас идет. Мефистофель О бедняжка, так ужасен Ей, наверно, наш прилет. Гомункул Опусти на эту землю Рыцаря, и тотчас он, Шумам этой почвы внемля, Будет ею воскрешен. Фауст (дотронувшись до земли) О, где она? Гомункул Не знаем сами. Но расспроси между кострами, Пока не наступил рассвет. Кто к Матерям дерзнул забраться, Тому уж нечего бояться И трудностей на свете нет. Мефистофель И я участие приму. Поищем приключений в стане И разбредемся по поляне Во все концы по одному. А ты б нам, малый, к сбору дал Своею колбою сигнал. Гомункул Вот будет что моим призывом. Стекло сильно звенит и светится. В путь! К новым чудесам и дивам. Фауст (один) О, где она? Доведываться рано. Пусть шла она не этою поляной, Пускай не эта именно река Шумела ей волной из тростника, Пускай! Но этот воздух несказанный Ей множил звук родного языка! Здесь Греция, и я в ее краю! Я эту почву ощутил мгновенно Сквозь тяжкий сон, мне сковывавший члены, И, встав с земли, я, как Антей, стою. Пусть ждут там чудища и исполины, Пойду на розыски к кострам равнины. (Удаляется.)