Зотая поэзия. Литературный портал
Древний Мир
Поэты эпохи Возраждения
Европейская классика
Восточния поэзия
Японская поэзия


Данте Алигьери. Божественная комедия

Перевод и примечания М. Лозинского
Примечания следуют в конце каждой песни
Сокращения: А. - "Ад". Ч. - "Чистилище". Р. - "Рай". Эн. - Вергилий, "Энеида". Метам. - Овидий, "Метаморфозы".

 
 

Песнь тридцатая


1 Примерно за шесть тысяч миль пылает От нас далекий час шестой, и тень Почти что к плоскости земля склоняет, 4 Когда небес, для нас глубинных, сень Становится такой, что луч напрасный Часть горних звезд на эту льет ступень; 7 По мере приближения прекрасной Служанки солнца, меркнет глубина От славы к славе, вплоть до самой ясной. 10 Так празднество, чьи вьются пламена, Объемля Точку, что меня сразила, Вмещаемым как будто вмещена, 13 За мигом миг свой яркий свет гасило; Тогда любовь, как только он погас, Вновь к Беатриче взор мой обратила. 16 Когда б весь прежний мой о ней рассказ Одна хвала, включив, запечатлела, Ее бы мало было в этот раз. 19 Я красоту увидел, вне предела Не только смертных; лишь ее творец, Я думаю, постиг ее всецело. 22 Здесь признаю, что я сражен вконец, Как не бывал сражен своей задачей, Трагед иль комик, ни один певец; 25 Как слабый глаз от солнца, не иначе, Мысль, вспоминая, что за свет сиял В улыбке той, становится незрячей. 28 С тех пор как я впервые увидал Ее лицо здесь на земле, всечасно За ней я в песнях следом поспевал; 31 Но ныне я старался бы напрасно Достигнуть пеньем до ее красот, Как тот, чье мастерство уже не властно. 34 Такая, что о ней да воспоет Труба звучней моей, не столь чудесной, Которая свой труд к концу ведет: 37 "Из наибольшей области телесной, - Как бодрый вождь, она сказала вновь, - Мы вознеслись в чистейший свет небесный, 40 Умопостижный свет, где все - любовь, Любовь к добру, дарящая отраду, Отраду слаще всех, пьянящих кровь. 43 Здесь райских войск увидишь ты громаду, И ту, и эту рать; из них одна Такой, как в день суда, предстанет взгляду". 46 Как вспышкой молнии поражена Способность зренья, так что и к предметам. Чей блеск сильней, бесчувственна она, - 49 Так я был осиян ярчайшим светом, И он столь плотно обволок меня, Что все исчезло в озаренье этом. 52 "Любовь, от века эту твердь храня, Вот так приветствует, в себя приемля, И так свечу готовит для огня". 55 Еще словам коротким этим внемля, Я понял, что прилив каких-то сил Меня возносит, надо мной подъемля; 58 Он новым зреньем взор мой озарил, Таким, что выдержать могло бы око, Какой бы яркий пламень ни светил. 61 И свет предстал мне в образе потока, Струистый блеск, волшебною весной Вдоль берегов расцвеченный широко. 64 Живые искры, взвившись над рекой, Садились на цветы, кругом порхая, Как яхонты в оправе золотой; 67 И, словно хмель в их запахе впивая, Вновь погружались в глубь чудесных вод; И чуть одна нырнет, взлетит другая. 70 "Порыв, который мысль твою влечет Постигнуть то, что пред тобой предстало, Мне тем милей, чем больше он растет. 73 Но надо этих струй испить сначала, Чтоб столь великой жажды зной утих". Так солнце глаз моих, начав, сказало; 76 И вновь: "Река, топазов огневых Взлет и паденье, смех травы блаженный - Лишь смутные предвестья правды их. 79 Они не по себе несовершенны, А это твой же собственный порок, Затем что слабосилен взор твой бренный". 82 Так к молоку не рвется сосунок Лицом, когда ему порой случится Проспать намного свой обычный срок, 85 Как устремился я, спеша склониться, Чтоб глаз моих улучшить зеркала, К воде, дающей в лучшем утвердиться. 88 Как только влаги этой испила Каемка век, река, - мне показалось, - Из протяженной сделалась кругла; 91 И как лицо, которое скрывалось Личиною, - чуть ложный вид исчез, Становится иным, чем представлялось, 94 Так превратились в больший пир чудес Цветы и огоньки, и я увидел Воочью оба воинства небес. 97 О божий блеск, в чьей славе я увидел Всеистинной державы торжество, - Дай мне сказать, как я его увидел! 100 Есть горний свет, в котором божество Является очам того творенья, Чей мир единый - созерцать его; 103 Он образует круг, чьи измеренья Настоль огромны, что его обвод Обвода солнца шире без сравненья. 106 Его обличье луч ему дает, Верх озаряя тверди первобежной, Чья жизнь и мощь начало в нем берет. 109 И как глядится в воду холм прибрежный, Как будто чтоб увидеть свой наряд, Цветами убран и травою нежной, 112 Так, окружая свет, над рядом ряд, - А их сверх тысячи, - в нем отразилось Все, к высотам обретшее возврат. 115 Раз в нижний круг такое бы вместилось Светило, какова же ширина Всей этой розы, как она раскрылась? 118 Взор не смущали глубь и вышина, И он вбирал весь этот праздник ясный В количестве и в качестве сполна. 121 Там близь и даль давать и брать не властны: К тому, где бог сам и один царит, Природные законы непричастны. 124 В желть вечной розы, чей цветок раскрыт И вширь, и ввысь и негой благовонной Песнь Солнцу вечно вешнему творит, 127 Я был введен, - как тот, кто смолк, смущенный, - Моей владычицей, сказавшей: "Вот Сонм, в белые одежды облеченный! 130 Взгляни, как мощно град наш вкруг идет! Взгляни, как переполнены ступени И сколь немногих он отныне ждет! 133 А где, в отличье от других сидений, Лежит венец, твой привлекая глаз, Там, раньше, чем ты вступишь в эти сени, 136 Воссядет дух державного средь вас Арриго, что, Италию спасая, Придет на помощь в слишком ранний час. 139 Так одуряет вас корысть слепая, Что вы - как новорожденный в беде, Который чахнет, мамку прочь толкая. 142 В те дни увидят в божием суде Того, кто явный путь и сокровенный С ним поведет по-разному везде. 145 Но не потерпит бог, чтоб сан священный Носил он долго; так что канет он Туда, где Симон волхв казнится, пленный; 148 И будет вглубь Аланец оттеснен".

Примечания

Эмпирей. - Лучезарная река. - Райская роза

1-6. Смысл: "Если час шестой, то есть полдень, пылает от нас примерно за шесть тысяч миль, что составляет немногим более четверти земной окружности (которую наука времен Данте считала равной 20400 милям), то для нас восход солнца наступит приблизительно через час. В это время земля склоняет свою тень почти что к плоскости (то есть ось конической земной тени, склоняясь, приближается к плоскости горизонта), а небес, для нас глубинных, сень (восьмое, звездное небо Птолемеевой системы, единственное видимое) становится такой бледной, что свет наименее ярких звезд уже не достигает этой ступени (то есть Земли)".

8. Служанка солнца - то есть утренняя заря.

9. От славы к славе - то есть от звезды к звезде.

10-12. Празднество - см. Р., XXVIII; XXIX, 9.

24. Трагед иль комик - то есть автор трагедий или комедий, в средневековом значении этих терминов (см. прим. А., XVI, 128).

37. Из наибольшей области телесной - то есть из девятой небесной сферы (Перводвигателя), самого крупного из вещественных тел.

39. В чистейший свет небесный - то есть в Эмпирей, десятое, уже невещественное небо, лучезарную обитель бога, ангелов и блаженных душ.

44. И ту, и эту рать - то есть ангелов и блаженные души.

54. И так свечу готовит для огня - то есть как бы обжигая свечу предварительно, чтобы она ярче зажглась.

73-74. Но надо этих струй испить сначала. - То есть: "ты должен пристально всмотреться в эту сияющую реку, чтобы приготовиться к зрелищу, которое утолит твою великую жажду "постигнуть то, что пред тобой предстало" (ст. 71).

78. Лишь смутные предвестья правды их. - То, что сейчас представляется Данте как река, искры и цветы, вскоре окажется иным: река - кругообразным озером света, сердцевиной райской розы, ареной небесного амфитеатра; берега - его ступенями; цветы - блаженными душами, восседающими на них; искры - летающими ангелами (Р., XXXI, 4-18).

88-89. Как только влаги этой испила каемка век. - То есть: "Как только я вгляделся в сияющую реку".

96. Оба воинства небес. - См. прим. 44.

106-108. Есть горний свет. - Смысл: "Эмпирей озарен невещественным светом, который позволяет творениям созерцать божество. Этот свет порождается лучом, который падает с высоты на вершину тверди первобежной (то есть девятого неба. Перводвигателя (см. прим. Р., I, 76-77) и сообщает ей жизнь (движение) и мощь (силу влиять на ниже лежащие небеса). Озаряя вершину Перводвигателя, он образует круг гораздо больший, чем окружность солнца".

112-117. Смысл: "Вокруг светоносного круга, превышающего окружность солнца, расположены, образуя свыше тысячи рядов, ступени амфитеатра, подобного раскрытой розе, и на них восседает в белых одеждах (ст. 129) все, к высотам обретшее возврат, то есть все те души, которые достигли райского блаженства".

121. Там близь и даль давать и брать не властны - Смысл: "В Эмпирее близь не увеличивает отчетливости видимых предметов, а даль не уменьшает ее".

124. В желть вечной розы - то есть в ее желтую сердцевину.

126. Солнцу вечно вешнему - то есть богу.

132. И сколь немногих он отныне ждет. - Эти слова, которыми Данте хочет указать на испорченность человечества, вместе с тем отражают средневековую веру в близость конца мира.

137. Арригогерманский император Генрих VII Люксембургский (род. ок. 1275 г.). Избранный в 1308 г., после смерти Альбрехта Габсбургского (см. прим. Ч., VI, 97), на императорский престол, он предпринял в 1310 г. поход в Италию, с которым Данте связывал свои политические надежды, видя в Генрихе объединителя Италии и восстановителя всемирной монархии. В 1312 г. Генрих короновался в Риме императорской короной. Последовавшая затем осада Флоренции кончилась неудачей. В 1313 г., готовясь к походу против Роберта Неаполитанского (1309-1343), Генрих умер.

142-148. В те дни увидят в божием суде... - В дни Генриха VII римским папой будет коварный Климент V (см. прим. А., XIX, 79-84), который по отношению к императору поведет себя двулично, так что его явный путь будет непохож на сокровенный (Р., XVII, 82-83 и прим.). Но он переживет Генриха всего на восемь месяцев и канет вниз головой туда, где казнится Симон-волхв, в одну из круглых скважин третьего рва Злых Щелей (А., XIX, 79-84), оттеснив вглубь Аланца, то есть Бонифация VIII (см. прим. А., XIX, 52), уроженца Аланьи (Ананьи).