Зотая поэзия. Литературный портал
Древний Мир
Поэты эпохи Возраждения
Европейская классика
Восточния поэзия
Японская поэзия


Анри-Огюст Барбье

 
 

Шахтеры Ньюкасла


Иные с высоты прекрасных плоскогорий Впивают соль ветров, несущихся в просторе, И обращают взор в высокий небосвод; Иные, поклонись восходу утром рано, Выводят корабли на волны океана И гордо бороздят лазурь бескрайних вод; Иные, трепетом проникнуты глубоко, Восторженно следят, когда сверкнет с востока Лучей живительных широкая струя; Иные, не томясь в плену забот нетрудных, Весь день работают в долинах изумрудных" Чтоб вечером заснуть под песню соловья: Как радостны они! Им выпал добрый жребий, Счастливая звезда для них сверкает в небе, И солнце светит им, и полная луна; Рукой Всевышнего, в чьей власти судьбы наши, Избавлены они от самой горькой чаши, - Благая участь им вовеки суждена. А мы, чей тяжкий путь безвыходен и темен, Во всем подобные рабам каменоломен Не потому, что мы осуждены судом, - Нет выбора у нас и нет свободной воли, Мы - дети нищеты, страдания и боли, И шахта черная для нас - родимый дом, Мы - слуги Англии, мы - бедные шахтеры, Мы роемся в земле, мы в ней копаем норы, За шестипенсовик шагаем в шахту мы, Мы рубим уголь там, усталости не зная, И дышим сыростью, а смерть, сова ночная, Над нами кружится среди кромешной тьмы. И горе юноше, который в день веселья Придет, не протрезвясь, - страшнее нет похмелья: В глубинах пропасти он смерть свою найдет. И горе старику, который в темном штреке Замедлит шаг - волна зальет его навеки, И погребет его обрушившийся свод. Тебе, о дерзостный, но взявший лампы, - горе! Свое безумие ты осознаешь вскоре: Уж если ты шахтер - не расставайся с ней! Злой дух во мраке ждет - и сгинешь ты задаром: Он тихо подползет голубоватым паром, И, бездыханный, ты замрешь среди камней. О, горе, горе всем! С усердьем небывалым Мы трудимся во тьме, но нам грозит обвалом Всего один удар тяжелого кайла - И не один из нас с тоскою вспомнит ныне О ласковой жене, о дочери, о сыне В тот краткий миг, когда обрушится скала. Но все же это мы, затерянные в штреках, Даем энергию судам в морях и реках, Чтобы до гавани доплыть они могли, - Ты солнца свет от нас навеки заслонила, Цивилизация, - для твоего горнила Мы рубим черное сокровище земли. Мы рубим уголь здесь, питая пламя в домнах, Для паровых котлов, для поездов огромных, Для устрашения неведомых племен, - Мы рубим уголь здесь, чтоб все на свете люди Смогли почувствовать могущество орудий, Что против них пошлет туманный Альбион. Мы отданы служить безжалостной маммоне, Мы в тягостном труде даруем блеск короне И умножать должны ее сиянье впредь, Чтоб жили радостней, счастливей, беззаботней, Влиятельных господ едва четыре сотни, Всегда готовых нам позволить умереть. О Всеблагой Господь! Поверь, себе в угоду Не просим мы, чтоб ты перевернул природу И обратил дворцы земные в прах и тлен, Чтоб ты сполна отмстил ученым и богатым И наши пригоршни чужим наполнил златом, - Нет, мы не требуем подобных перемен; Нет, лишь одну мольбу мы обращаем к небу: Смири сердца владык, о Господи, потребуй От них внимания хоть небольшого к нам, Пусть низойдут до нас они по доброй воле, - Ведь если червь точить фундамент станет доле, То, всех и вся губя, на землю рухнет храм. Перевод Е. Витковского