Зотая поэзия. Литературный портал
Древний Мир
Поэты эпохи Возраждения
Европейская классика
Восточния поэзия
Японская поэзия


Джордж Гордон Байрон

 
 

Стансы к реке По


Река! Твой путь - к далекой стороне, Туда, где за старинными стенами Любимая живет - и обо мне Ей тихо шепчет память временами. О, если бы широкий твой поток Стал зеркалом души моей, в котором Несметный сонм печалей и тревог Любимая читала грустным взором! Но нет, к чему напрасные мечты? Река, своим течением бурливым Не мой ли нрав отображаешь ты? Ты родственна моим страстям, порывам. Я знаю: время чуть смирило их, Но не навек - и за коротким спадом Последует разлив страстей моих И твой разлив - их не сдержать преградам. Тогда опять, на отмели пустой Нагромоздив обломки, по равнине Ты к морю устремишься, я же - к той, Кого любить не смею я отныне. В вечерний час, прохладой ветерка Дыша, она гуляет по приречью; Ты плещешься у ног ее, река, Чаруя слух своей негромкой речью. Глаза ее любуются тобой! Как я любуюсь, горестно безмолвный... Невольно я роняю вздох скупой - И тут же вдаль его уносят волны. Стремительный их бег неудержим, И нескончаема их вереница. Моей любимой взгляд скользнет по ним, Но вспять им никогда не возвратиться. Не возвратиться им, твоим волнам. Вернется ль та, кого зову я с грустью? Близ этих вод - блуждать обоим нам: Здесь, у истоков, - мне; ей - возле устья. Наш разобщитель - не простор земной, Не твой поток, глубокий, многоводный; Сам Рок ее разъединил со мной. Мы, словно наши родины, несходны. Дочь пламенного юга полюбил Сын севера, рожденный за горами. В его крови - горячий южный пыл, Не выстуженный зимними ветрами. Горячий южный пыл - в моей крови. И вот, не исцелясь от прежней боли, Я снова раб, послушный раб любви, И снова стражду - у тебя в неволе. Нет места мне на жизненных пирах, Пускай, пока не стар, смежу я веки. Из праха вышел - возвращусь во прах, И сердце обретет покой навеки. Перевод - А. Ибрагимова